Профсоюзы работников бюджетной сферы вновь озвучили свою позицию в отношении Проекта Стратегии развития пенсионной системы РФ

22 октября 2012 года Ассоциация профсоюзов работников непроизводственной сферы Российской Федерации в очередной раз направила в адрес Президента РФ Владимира Путина, а также Министра труда и социальной защиты РФ Максима Топилина, официальные обращения с выражением серьёзной обеспокоенности по проекту Стратегии развития пенсионной системы Российской Федерации до 2020 года.

Просмотр в документе Word 70Кб

Уважаемый Владимир Владимирович!

В очередной раз (исх. от 14 мая 2012 г. № 32, исх. от 13 сентября 2012 г. № 36) обращаемся к Вам с изложением нашей позиции по вопросам развития пенсионной системы Российской Федерации. На наше первое письмо мы получили от Минздравсоцразвития России заверение, что в готовящейся Стратегии будут учтены интересы всех социальных групп, на второе наше письмо уже по тексту проекта Стратегии мы до сих пор ответа не получили и, поскольку внесенный уже Правительством РФ текст Стратегии, не только не учитывает наши замечания, но и, на наш взгляд, содержит еще более жесткие предложения в адрес работников бюджетной сферы, мы вынуждены вновь обратиться к Вам.

Предложенный Вам на рассмотрение Правительством РФ текст Стратегии долгосрочного развития пенсионной системы Российской Федерации (далее – Стратегия) вызывает у нас серьезную обеспокоенность.

Во-первых, еще раз считаем необходимым заметить, что ни Минтруд России, также как и ранее Минздравсоцразвития России, не выделяют работников бюджетной сферы как отдельную социальную категорию ни в первой редакции, ни в последующих итерациях Стратегии развития пенсионной системы Российской Федерации.

Госслужащие и военнослужащие выделены в отдельную категорию в области пенсионного обеспечения. Для работников коммерческих структур (в Стратегии они именуются «средним классом») планируется их участие в схемах, предусматривающих их участие во 2-ом и 3-ем уровнях (корпоративная и частная пенсии) и заметные налоговые преференции соответствующим работодателям, использующим эти пенсионные схемы. В то же время  специфику бюджетной сферы, имея в виду образование, здравоохранение, культуру, социальную сферу, никто не рассматривает. Но необходимо учитывать, что хотя учреждения бюджетной сферы и преобразованы в новые типы (автономные и «новые» бюджетные), они по-прежнему не могут за счет своей основной деятельности получать доход, который они могли бы направлять на дополнительную социальную поддержку своих работников, в том числе на финансирование корпоративных пенсий, поскольку финансируются они на исполнение госзадания, а нормативы затрат на исполнение госзадания рассчитываются по себестоимости их учредителями. А ведь учредителем организаций этой сферы является государство и муниципальные органы власти, и услуги эти организации оказывают населению от лица своих учредителей – органов власти всех уровней, и дополнительный доход от этой деятельности извлекать не могут. И хотя большинство из них с 1 июля не являются бюджетополучателями, дополнительный доход у них от этого не появится по вышеназванным причинам.

Организации коммерческой сферы создаются собственником ради извлечения прибыли, и он имеет возможность направить часть этой прибыли в порядке софинансирования с работником или самостоятельно на формирование корпоративной пенсии работника. Организации бюджетной сферы создаются с целью оказания государственных (муниципальных) услуг населению, и дополнительный доход у них возникает в случае оказания дополнительных платных услуг, что далеко не всегда возможно (например, малокомплектная сельская школа, центральная районная больница на селе, клуб или библиотека на селе). В любом случае дополнительный доход возникает не за счет основной деятельности учреждения и ориентироваться на него как на пенсионный ресурс нельзя.

Таким образом, если для госслужащих, для которых государство является работодателем, предусмотрен особый подход в формировании их пенсионного обеспечения, то для работников государственных и муниципальных учреждений, учредителем которых также является государство, этого не сделано. Хотя, как мы показали выше, существует явное отличие в специфике финансирования их трудовой деятельности.

Так, реформирование досрочных трудовых пенсий (создание профессиональных или корпоративных пенсий), в основе своей, предполагает отнести дополнительные платежи в ПФР на работодателей, освобождая от этих затрат государство и бюджет ПФР. Установление  льготных пенсий  предлагается  определить работодателю за счет дополнительных страховых взносов (налогов). Досрочные трудовые пенсии в бюджетной сфере, их реформирование должны иметь специфику. Поскольку работодатели, как уже указывалось, не имеют возможности для формирования корпоративных пенсионных систем за счет собственных средств, реализация данного направления потребует дополнительного гарантированного бюджетного финансирования учреждений бюджетной сферы их учредителями – органами государственной (муниципальной) власти всех уровней.

Решение, которое предлагается в Стратегии, т.е. постепенное прекращение выплаты досрочных пенсий в бюджетных отраслях за счет постепенного увеличения необходимого стажа, не выдерживает никакой критики, поскольку, даже не делая попыток пересмотреть медицинские основания для назначения этих пенсий, авторы текста предлагают принять решение о прекращении указанных выплат, ссылаясь, как на механизм, на введение эффективного контракта. Может быть, авторы текста при этом предполагают, что работодатель при заключении контракта может установить корпоративные выплаты досрочных пенсий или иные социальные льготы, компенсирующие выплаты по досрочной пенсии. В таком случае приходится признать, что авторы текста не ориентируются в специфике бюджетной сферы и возможностях работодателя. Такой возможности он не имеет в соответствии с действующим законодательством и существующей нормативно-правовой базой.

Таким образом, мы имеем одностороннее ухудшение условий труда работника без объяснения каких-либо причин. Такие действия, предлагаемые правительством, вряд ли вызовут позитивную реакцию со стороны работников бюджетной сферы и, безусловно, могут явиться предметом трудового спора. Вызывает удивление, почему государство, ассигнуя большие средства на поддержку в целом пенсионного обеспечения всех слоев населения, в том числе и высокодоходных слоев, не планирует поддержку работников бюджетной сферы в части финансирования досрочных пенсий, хотя в данном случае выступает как учредитель, несущий прямую ответственность за открытие и финансирование этих рабочих мест.

Следует особо подчеркнуть, что с 2013 года все государственные медицинские организации (кроме казенных) переходят на одноканальное финансирование через систему обязательного медицинского страхования.

Учитывали ли разработчики пенсионной Стратегии этот момент? Заложены ли средства на дополнительный тариф страховых взносов в пенсионный фонд в тарифах на медицинские услуги, оказываемые медицинскими учреждениями в рамках системы ОМС?

Мы категорически против этого подхода. Поскольку постепенное увеличение стажа практически приведет к ликвидации досрочного пенсионного обеспечения для работников бюджетной сферы. По статистике, медицинские работники занимают 5 место по распространенности профзаболеваемости, опережая даже работников химической промышленности, в среднем, ежегодно около 320 тысяч медицинских работников не выходят на работу из-за болезней. Профессиональная заболеваемость - около 300 случаев в год, в основном, регистрируется у женщин - более 80%. Уровень смертности медиков в возрасте до 50 лет на 32% выше, чем по стране.

Около половины медицинских работников работает в особых вредных и вредных условиях труда, имея право на льготные досрочные пенсии за вредные условия труда и за выслугу лет в связи с профессиональной деятельностью.

Условия труда педагогических, медицинских, творческих  работников в большинстве случаев связаны с напряженностью трудового процесса, в том числе психофизиологической напряженностью. А для медработников - и с инфекциями, химическими веществами, ионизирующим, электромагнитным и лазерным излучением, работой с оптико-волоконным оборудованием, с непостоянным рабочим местом и разъездным характером и другими условиями труда, которые невозможно инструментально замерить при проведении аттестации рабочих мест по условиям труда и, которые не устраняются организационно-техническими мероприятиями.

Вопрос о введении страхования взамен досрочной пенсии не может быть решен в настоящее время, поскольку отсутствует механизм, устанавливающий порядок, правила и размеры этого страхования, а в субъектах РФ на эти цели просто не будет финансовых средств.

Пенсионная стратегия рассматривается в отрыве от стратегии заработной платы, производной которой являются пенсии, причем размер пенсии определен только по нижнему пределу. Следовательно, самого повышения размера пенсии стратегией не предусматривается.

Что касается предлагаемого стратегией установления 40-летнего трудового стажа работнику для получения полной пенсии, то период обучения в медицинском ВУЗе составляет 6 лет, а для занятия медицинской деятельностью обязательным условием допуска является обучение в ординатуре, что составляет дополнительных 2 года. При этом, в здравоохранении большую часть работников составляют женщины, при рождении ребенка из ее трудового стажа вычитается уход за ребенком (полтора-три года). Таким образом, на пенсию она может выйти (17 лет + 10 лет учебы и ухода за  одним ребенком = 27 + 40) в 67 лет, а период дожития устанавливается 21 год, при среднем показателе по стране умирания – 63 года.

Исходя из этого, мы считаем, что правительство, формируя Стратегию, должно предусмотреть различные подходы в вопросах реформирования пенсионных отношений различных категорий работников.

С позиции интересов работников бюджетной сферы, мы не согласны с предложением правительства о сохранении только страховой части в структуре обязательного пенсионного страхования, то есть с отказом от обязательной составляющей накопительной части трудовой пенсии. Авторы текста Стратегии предлагают на выбор работника только 2% тарифа (вместо 6%) сохранить, но не в структуре обязательного пенсионного страхования, как ранее, а в системе добровольного пенсионного страхования, то есть на самом деле перейти от формирования пенсионных накоплений к формированию пенсионных резервов, что, естественно, несмотря на декларируемые цели, уменьшает государственные гарантии по их сохранности.

В этой части мы полностью согласны с авторами итогового доклада «Стратегия – 2020: Новая модель роста – новая социальная политика», раздел «Основные проблемы современной российской пенсионной системы и альтернативные пути их решения»: «…Главная развилка – сохранять ли обязательные пенсионные накопления, реформировав их, или отказаться от них, как от неудачного опыта. Представляется, что экономико-политическая и социальная цена отказа от обязательных накоплений перевесит финансовые выгоды от возврата в распределительную систему средств, сейчас накапливающихся на счетах граждан. Данное решение подорвет доверие населения к государственной политике в пенсионной сфере, что будет препятствовать решению других задач по ее реформированию…».

Более того, мы должны заметить, что отмена обязательной составляющей накопительной части, безусловно, затронет интересы всего населения, но, в первую очередь,  интересы представителей бюджетной сферы (учителей, врачей, работников культуры и т.д.), поскольку предлагаемый правительством так называемый второй "этаж" пенсионной системы – корпоративные пенсии – не предусматривает участия в них работников бюджетной сферы. Для работников бюджетной сферы обязательная составляющая накопительной части вкупе с государственной программой софинансирования и представляют, по сути, корпоративную пенсионную схему, поскольку учредителями, выделяющими финансирование учреждениям бюджетной сферы на все нужды, в том числе и на пенсионное обеспечение работников, являются органы государственной и муниципальной власти. И это сохраняет свою силу и при переходе в соответствии с 83-ФЗ к новым типам государственных (муниципальных) учреждений. Реализацию государственного (муниципального) задания финансируют опять же органы власти. Управление средствами обязательной составляющей накопительной части в бюджетной сфере помимо ПФР, на наш взгляд, должны осуществлять по выбору работника отраслевые негосударственные пенсионные фонды.

Не может возместить потерю обязательной составляющей накопительной части бюджетникам и третий "этаж" предлагаемой новой пенсионной системы –  индивидуальные накопления гражданина,  поскольку сравнительно низкие доходы работников бюджетной сферы, хотя и возросшие в последнее время, но не у всех категорий работников, в сочетании с устоявшейся ментальностью недоверия государству и, в то же время, расчет только на роль государства в области пенсионного обеспечения препятствуют участию в этой форме накоплений подавляющего большинства населения, и, в первую очередь, работников бюджетной сферы. Понадобится еще очень большой отрезок времени и дальнейший рост «бюджетной зарплаты», прежде чем эта форма накоплений войдет в сколько-нибудь  массовую практику. А подобными действиями, такими как предполагаемая  отмена обязательной составляющей накопительной части, отрицательную тенденцию в сознании людей мы только заметно усилим.

Помимо этого, следует учесть, что управление накопительной частью пенсии и возможность участия граждан в программе софинансирования  пенсионных накоплений вырабатывает у граждан более ответственное отношение к формированию своего пенсионного обеспечения и служит толчком к повышению финансовой грамотности граждан.

Необходимо отдавать себе отчет, что пострадают, в первую очередь, интересы той части населения, которая, проявляя большую активность в формировании своей будущей пенсии, старалась разместить свои накопления на наиболее выгодных условиях, а выиграют, сравнительно, пассивные «молчуны», которые, не веря никому и ничему, сохраняли свои средства в неэффективном управлении. Теперь активную часть населения мы уравняем с «молчунами» и подтвердим тем самым, что «молчуны» были правы в своем неверии государству.

Мы не считаем правильным предлагаемые изменения оснований для начисления пенсии, а именно подход к расчету размера самих пенсий,  учитывающий трудовой стаж и заработок. Иначе говоря, сейчас размер пенсии зависит только от накопленного в течение всего трудового периода пенсионного капитала в независимости от срока, за который он был сформирован.

Если это попытка увеличения пенсионного возраста, то, во-первых, мы помним Ваше заявление о том, что на данный момент такая мера предусматриваться не будет, а, во-вторых, такая попытка обходным путем принудить людей не уходить на пенсию по достижении пенсионного возраста будет рассматриваться населением как ухищрение власти в достижении своей цели и воспринята более чем негативно. Если мы хотим мотивировать дальнейшую работу граждан после достижения ими пенсионного возраста, то мы просто должны строить прогрессивную шкалу роста размера пенсий за каждый дополнительно проработанный год.

Предлагаемая правительством реформа, на наш взгляд, защищает корпоративные интересы Пенсионного фонда России, к которому вновь возвращаются все средства по обязательному пенсионному страхованию, «замыливается» вопрос о снижении им доходности в процессе управления средствами пенсионных накоплений за предыдущие 9 лет реформы. Справочно заметим, что за семилетку с 2005 по 2011 г.г. накопленная доходность негосударственных пенсионных фондов по управлению накопительной частью и ПФР разнится более, чем на 40 процентов. Мы полностью согласны и поддерживаем Ваше предложение, Владимир Владимирович, о необходимости совершенствования инструментов управления накопительной частью с целью заметного повышения его доходности.

Если рассматривать предлагаемые правительством меры как попытку уменьшения дефицита бюджета Пенсионного фонда России, тот же Н.Кричевский, опираясь на данные ПФР, заявляет: «На данный момент дефицит бюджета Пенсионного фонда России составляет 2% ВВП. В ближайшие годы он увеличится до 2,4% и будет на этом уровне на протяжении многих лет. Таким образом, о цифрах в 5–10% ВВП речь не идет. В связи с этим необходимости в отмене обязательного накопительного компонента и пересчете тех самых 6% от фонда заработной платы в пенсионный фонд России нет».

В заключение хотелось бы заметить, что столь радикальные изменения правил игры на пенсионном поле, которые предлагает правительство, должны под собой иметь очень серьезные аргументы в защиту интересов всех категорий населения и понятные всем социальным группам и не носить столь революционный характер. Однако предлагаемая Стратегия не только не содержит расчеты эффективности предлагаемых мер, отсутствует даже сама формула расчета пенсионных выплат, позволяющая произвести эти расчеты. Поэтому предлагаемый документ сложно даже оценить с точки зрения созидательности нововведений.

Реализация предлагаемых изменений вызовет только раздражение и повышение социальной напряженности в обществе, не принеся никаких экономических дивидендов.

 

С уважением,

 

Президент Совета Ассоциации,

Председатель профсоюза

работников здравоохранения РФ                                                                М.М.Кузьменко

 

Председатель Профсоюза работников

народного образования и науки РФ                                                             Г.И.Меркулова

 

Председатель Российского профсоюза

работников культуры                                                                                     Г.П.Парошин

Copyright © 2010-2015 Рязанская областная организация Профсоюза работников народного образования и науки РФ

Разработка и создание сайтов - КА62